24 | 04 | 2017

Word "Jesuits" in Russia

В словарях мы находим два значения слова "иезуит": 1) член Общества Иисуса - монашеского Ордена, основанного святым Игнатием Лойолой; 2) хитрый, двуличный, лицемерный человек. Бесцеремонность и уверенность, с какими эти характеристики даются словарями, вводят читателя в искушение и заставляют его принять их за чистую монету, поверить им, их повторять и повсюду распространять. Лишь обращение к истокам этого слова, как и рассмотрение его эволюции и всех тех манипуляций, какие оно претерпело на протяжении истории, позволит освободить слово "иезуит" от этого культурного рабства.


Слово "иезуит" не было изобретено ни Игнатием, ни членами основанного им Общества Иисуса. Более того, оно даже не было принято к употреблению самим Обществом. Невозможно найти каких-либо следов этого слова ни в Конституциях Ордена, ни в официальных документах, принятых Обществом, начиная с его утверждения Папой Павлом III (1540) и вплоть до 1975 года. В написанных Игнатием Конституциях встречаются лишь выражения следующего типа: "те, кто живут в послушании Обществу", "члены Общества", "любой из нашего Общества" и другие им подобные.


Даже в официальных документах Святого Престола, вплоть до наших дней, употребляются описательные выражения, как, например: "священники... монашествующие... регулярные клирики Общества Иисуса и "сыны святого Игнатия".

В начальную эпоху существования Общества народы Южной Европы по-разному именовали последователей Игнатия Лойолы. В письме, отправленном из Испании, отец Араоз утверждает: "Некоторые называют нас инигистами (от Inigo - мирское имя Игнатия Лойолы), иные - папистами, иные - апостолами, иные - театинцами или реформированными священниками". Жители Рима часто называли их "реформированными священниками" или, еще чаще, - "театинцами", смешивая их таким образом с монашеским Орденом, основанным в 1524 году Гаэтаном из Тьенны и кардиналом Джампьетро Карафа - будущим Папой Павлом IV. Португальцы называли их "апостолами" - в честь апостола Индии Франциска Ксаверия.


Когда "сотоварищи Иисуса" прибыли в Австрию и Германию, их стали называть здесь "иезуитами". 30 декабря 1544 года Петр Канизий в письме, отправленном из Кельна в Рим о. Фавру пишет: "...что касается нас, я могу тебе сказать, что здесь нас называют иезуитами" (Braunsberger, B. P. Canisii S. J. Episn. et acta. Vol. I, p. 112). Через год он возвращается к этой теме и утверждает: "Мы продолжаем успешно развивать деятельность нашего Института, несмотря на зависть и поношение со стороны некоторых, которые даже обзывают нас иезуитами" (Braunsberger, B. P. Canisii S. J. Episn. et acta. Vol. I, p. 144). Это было весьма оскорбительно. По прошествии двух столетий слово "иезуит" приняло смысл, далеко отстоящий от значения, которое оно имело изначально и которое получило от картезианца Людольфа Саксонского (см. его известный труд: Vita Domini Nostri Jesu Christi - ex quatour Evangeliis et approbatis ab Ecclesia Catholiva Doctoribus Sedule Collecta). В его книге, появившейся в Германии около 1350 года, то есть за 190 лет до основания и официального утверждения Общества Иисуса, в главе Х первого тома (с. 28) мы читаем: "Согласно Августину... имя Иисус есть имя личное, но слово Христос есть имя нарицательное и священное; имя Христос есть имя благодати, тогда как имя Иисус есть имя славы. Следовательно, если через крещальную благодать мы зовемся христианами, то в небесной славе мы будем называться - самим Иисусом - иезуитами, то есть спасенными во имя Его". Итак, в тексте, где впервые упоминается слово "иезуит", слово это обладает особенно положительным и воодушевляющим значением.


Первое издание этой книги было осуществлено в 1474 году в Страсбурге. После этого книга была переиздана 400 раз; она часто издавалась в XV и XVI веке на разных языках: французском, каталонском (Валенсия, 1495), кастильском (Алкала, 1502), португальском (Лисбон, 1495) и т. д. К тому же эта книга получила достаточно широкое распространение еще до изобретения книгопечатания, особенно среди священников, для которых она была драгоценным источником духовных назиданий и размышлений. Такое широкое и быстрое распространение книги заставляет полагать, что слово "иезуит" было известно в Европе задолго до основания Общества Иисуса. Если святой Игнатий читал "Vita Christi" - об этом мы имеем его собственное свидетельство (см. "Автобиография, № 5 - когда он находился на излечении в Лойоле) - то, вероятно, слово "иезуит" не ускользнуло от его внимания. Не исключено, что во время своего пребывания в Париже он заметил, что слово "иезуит" обладает ироническим и отрицательным значением. Действительно, слово "иезуит" часто употреблялось в эту эпоху как синоним слов "лицемер" и "фарисей".


В книге "Confessionnal" Готтшалка Роремунда - практическом руководстве для готовящихся к исповеди, изданном в Антверпене в 1519 году, - верным предлагается задаться следующими вопросами: "Не уклонился ли я от научения Слова Божьего по страху быть осмеянным и названным фарисеем, иезуитом, лицемером, ханжой? (Ср.: Brou A. Les Jesuites de la legende. Paris, 1906. Vol. I, p. 25) Не был ли я фарисеем, иезуитом, лицемером, ханжой (beguin)"? (C.I.C. Les Jesuites. Paris, 1974, p.31) Значение, приданное термину "иезуит" через связь со словом "фарисей" и "лицемер", более чем неприятно, но еще более оскорбительна и позорна его связь со словом "beguin". Действительно, этот фламандский по своему происхождению термин указывает на ересь и извращение.


В Италии, где в XIV и XV веках широкое распространение получило почитание имени Иисуса, народ давал имя "Gesuati" (Jesuites) членам Ордена "апостолических клириков Святого Иеронима" (основан в 1360 году Блаженным Джованни Коломбини), ибо члены этого Ордена, приветствуя друг друга, произносили фразу "Будь славен Иисус Христос", этими же словами они начинали и заканчивали свои проповеди. По причине своей краткости и удобности (так оно непосредственно указывало на принадлежность к Ордену) наименование Jesuates было сразу же принято общественным мнением, которое никогда не вкладывало в него какого-либо отрицательного или кощунственного смысла. Лишь иногда гуманисты той эпохи наделяли это наименование духом тонкой иронии.


В 1427 году святой Бернардин Сиенский был обвинен в ереси за то, что с великим рвением и пышностью насаждал и распространял культ и монограмму имени Иисуса во всех городах, куда он приходил проповедовать. Насаждаемое им благочестие казалось очень многим каким-то дерзким и недозволенным новшеством. Великий гуманист Поджио Браккиолини, апостолический писатель Римской Курии, жаловался на Jesuiete (иезуитство) Бернардина, к которому очень многие римские монахи относились как к еретику и идолопоклоннику. Предъявленные Бернардину обвинения были отданы на рассмотрение Папе Мартину V. Дело завершилось скорым и блистательным оправданием Бернардина. Верховный Понтифик Дал ему право и попросил его проповедовать и распространять почитание имени Иисуса, как и прежде вознося хоругвь с монограммой IHS (Pastor L. Storia dei Papi. Vol. I, p. 215).


Семантическая эволюция термина "иезуит" в период, предшествующий созданию Общества Иисуса, неудивительна и вполне нормальна. Естественным образом семантическая эволюция слов отражает эволюцию человеческого поведения. Однако семантическая эволюция термина "иезуит" после образования Общества Иисуса носит совершенно иной характер. Общее рассмотрение того исторического периода на протяжении которого происходила эта эволюция, почти заставляет полагать, что она была продумана, к ней стремились, ее программировали и поддерживали с величайшей настойчивостью. При этом в ее основу неизменно укладывались три следующие требования: 1) употреблять слова "иезуит" - "иезуиты" исключительно для обозначения одного или нескольких членов Общества Иисуса; 2) усваивать иезуитам разнообразные злодеяния; 3) сделать слово "иезуит" синонимом коварства и лицемерия, следовательно - бесчестности.


Как бы то ни было, даже если эволюция термина "иезуит" и не была запрограммирована, ее действительно поощряли и "задействовали" чрезвычайно успешно. Ее выпестовали прежде всего: протестантская Германия, галликанская Франция, янсенисты и иллюминаты и отчасти Англия. Порожденный всем этим антииезуитизм распространился по всей Европе и привел к упразднению Общества Иисуса.


После исчезновения иезуитов антииезуитизм успокоился, но сразу же воспрянул, как только Орден был восстановлен, и вызвал многочисленные иезуитофобские манифестации во Франции, Испании и Германии. Годы шли, времена менялись. Постепенно антииезуитизм потерял свою остроту, однако словари продолжают твердить, что слово "иезуит" означает: "член Общества Иисуса и хитрый, коварный и лицемерный человек".


Антииезуитизм прилагал усилия к тому, чтобы отождествить термин "иезуит" с позором, бесчестием. В то же время католики заметили, что слово "иезуит" - в силу присущей ему краткости, лаконичности и свойственного ему этимологического значения - есть лучшая замена для двух объемных выражений: "сотоварищ Иисуса" и "член Общества Иисуса".
Укоренение термина "иезуит" в качестве специального термина, обозначающего того, кто принадлежит новому, основанному Игнатием Лойолой, Ордену, произошло чрезвычайно быстро. Создается впечатление, что употребление этого термина было разрешено и поддержано Тридентским Собором; и хотя он не пользовался им в своих постановления, тем не менее употреблял его в ходе своих работ. Действительно, Деяния Собора свидетельствуют о том, что соборные отцы обычно называли "иезуитами" членов Общества Иисуса. Отца Диего Лаинеса именовали "генералом иезуитов". В Деяниях также содержится фраза Jesuitae fovendi sunt (следует поощрять, поддерживать иезуитов); Лиджи Фирмано, помощник Магистра соборных церемоний, в своей дневниковой записи, где говорит о распределении мест на соборном заседании 21 августа, употребляет выражения: Generali Jesuitarum Ordinem и Religionem Jesuitarum.


Быстрое и широкое распространение слова "иезуит" в католическом мире не было ни поддержано, ни осуждено Обществом Иисуса. По-прежнему иезуитам давалась рекомендация избегать употребления этого слова, но Общество Иисуса признало, что для католического мира слово "иезуит" есть не что иное, как верное и наиболее лаконичное истолкование выражений "Сотоварищество Иисуса" и "сотоварищ Иисуса" и, следовательно, заслуживает уважения.


В связи с этим небесполезно процитировать принадлежащие отцу Юлию Негроне "Толкования общих правил", первое издание которых восходит к 1б13 году: "Наименование иезуит происходит не от нас, и поэтому мы никогда не пользуемся им - ни в официальном, ни в частном порядке... Мы принадлежим Сотовариществу Иисуса, мы - сотоварищи Иисуса... Хотя слово иезуит стало обиходным, мы, тем не менее, не принимаем его, так как оно не было нам дано ни Блаженным Игнатием, ни Святейшим Престолом; однако мы не отвергаем его, ибо не в наших силах приостановить или задержать порыв общественного мнения" (Negronius Julius. Regulae Communes. Tomus I, p. 338-341. Cracoviae, 1913). Однако постепенно слово "иезуит" вошло в быт и широко распространилось во всех католических кругах - мирских и церковных. Это принудило Общество примениться к духу времени. Таким образом, термин "иезуит" стал применяться внутри Ордена, но исключительно в частном порядке. Оно появилось в официальных документах лишь несколько лет назад, когда священники и монашествующие испытали необходимость вновь обрести и углубить свою духовную самобытность.


Первое официальное употребление слова "иезуит" восходит к тридцать второй Генеральной Конгрегации Общества, которая проходила в 1975 году - 435 лет спустя после основания Общества Иисуса. В одном из постановлений этого собрания (№ 2, 1) мы читаем: "Что значит быть иезуитом? - Осознать, несмотря на свою греховность, что ты призван стать сотоварищем Иисуса, каким был Игнатий, Игнатий, который умолил Деву Марию "утвердить его с Ее Сыном" и который узрел тогда Самого Отца, Который попросил Иисуса, обремененного крестом, взять с собой этого странника".


"Звуковой барьер" был преодолен, и на тридцать третьей Генеральной Конгрегации в 1983 году, также без каких-либо колебаний было официально употреблено слово "иезуит": "Генеральная Конгрегация настойчиво просит всех иезуитов прилагать все усилия к тому, чтобы с еще большей полнотой соединять - как в личном, так и в общинном плане - духовную жизнь и апостольское служение" (Постановление 1,11).

 

(Ф. Фарузи, Иезуит: семантическая эволюция этого слова, Символ №26, Декабрь 1991, стр. 207-211, открыть Журнал Символ №26)

Share
News
Новости со всего света
SJ в истории
Jesuit Links

                       facebook 

РУС-КАТ-ЛИНК