Штефан Понграц, Мельхиор Гродецкий и Марко Крижевчанин — кошицкие мученики

~10 мин чтения

Начало 17 века не было многообещающим для Венгерского королевства и для католичества в частности. Венгрия была разделена на три части: Оттоманская империя занимала одну треть; Трансильвания стала независимым княжеством; королевству принадлежали земли на западе страны и нынешняя Словакия. Протестанты, составлявшие большинство населения, были враждебно настроены по отношению к возрождающейся Католической Церкви и использовали все имеющиеся в их распоряжении средства, чтобы приостановить этот процесс. Габор Бетлен, князь Трансильвании, протестант, воспользовался трудностями, созданными Тридцатилетней войной и в 1619 году захватил значительную часть земель, принадлежавших королевству. Именно во время этой кампании имело место мученичество троих католических священников в словацком городе Кошице.

Никто из них не оставил после себя записей, подлинность которых была бы с точностью установлена. Факты, позволяющие составить представление об их духовности, сводятся к тому, что они с ранней юности принадлежали к братству Богоматери, четыре или пять лет провели в священническом служении и умерли мученической смертью за католическую веру. Папа св. Пий X в своем бреве по случаю их беатификации, обобщает их духовность отрывком из Послания св. Павла: «Потому что вам дано ради Христа не только веровать в Него, но и страдать за Него» (Флп 1,29).

Самый молодой из всех троих, Марко Крижевчанин (Marko Križevčanin, 1589-1619) – эстергомский каноник, которому было 30 или 31 год, родился в Загребской епархии. Он был воспитанником иезуитов в Вене и Риме и близким другом отцов-иезуитов Гродецкого и Понграца, с которыми вместе ему предстояло встретить мученическую смерть.

О. Мельхиор Гродецкий (Melichar Grodecký, 1584-1619) родился в Силезии, в семье польского происхождения; мученическую смерть он принял в возрасте 35 или 36 лет. Как и будущий каноник, он был воспитанником иезуитской коллегии в Вене. Он поступил в новициат Общества Иисуса в возрасте 19 лет, и именно здесь познакомился с о. Понграцем. Он учился в Праге и остался здесь до начала своего служения. Он предпочитал полемику и казуистику спекулятивному богословию и любил музыку. Его служение заключалось в обучении мальчиков из бедных семей и проповеди. Обстоятельства тех времен помешали ему закончить третий год пробации: после месячных духовных упражнений в декабре 1618 года его отправили в Кошице в качестве духовного наставника чешских и немецких католиков. Он принес свои последние обеты менее чем за три месяца до смерти.

О. Штефан Понграц (Štefan Pongrác, 1582-1619) был годом старше о. Гродецкого. Он был родом из благородной венгерской семьи, родился и получил образование в княжестве Трансильвания. Иезуитская коллегия в Клуже, в современной Румынии, переживала трудные времена, которые оказались, однако, полезными с точки зрения апостольского служения. Окончив школу, Штефан поступил в новициат Общества Иисуса. Первые годы своей монашеской подготовки он провел в Богемии, а после отправился в Австрию, где изучал богословие и где проявился его блистательный ум. После рукоположения он вернулся в Венгрию, где стал префектом по учебе в коллегии в Гуменне, в Словакии. Он был также очень талантливым проповедником. Венгерский пастор-кальвинист в Кошице, который также был выдающимся проповедником, жаловался, говоря о Штефане: «Пока жив этот иезуит, реформированная Церковь не может надеяться на покой».

Когда войска князя Бетлена приближались к Кошице, о. Понграц направился из пригорода в город, чтобы присоединиться к двум другим священникам и поддержать горожан-католиков.

Командующий Дьёрдь Ракоци приблизился к Кошице со своими отрядами 3 сентября. Очутившись в городе, они схватили троих священников и посадили их под арест в королевском дворце, где все трое жили, лишив их на три дня еды и питья. Пытками их хотели заставить отказаться от католичества и принять кальвинистскую веру. Усилия мучителей оказались тщетными и тогда они решили убить священников. После совершения злодеяния кальвинисты бросили все три тела в сточный колодец. 

Даже горожане-протестанты признали с некоторым испугом, что священники не заслуживали столь варварского обхождения. Весть об их мученичестве быстро распространилась и поразила всю страну. Но князь Бетлен предпочел пренебречь просьбами множества католиков – устроить мученикам достойные похороны. Он упорствовал в своем отказе в течение шести месяцев, пока на обеде, устроенном Бетленом в честь пфальцграфа королевства в том самом дворце, где умерли мученики, он не пригласил жену пфальцграфа, графиню Каталин Палфи, на танец, а та приняла это приглашение лишь с тем условием, что ей будет позволено похоронить троих мучеников подобающим образом. Кардинал Пазмань, который за несколько лет до этого назначил молодого Крижевчанина каноником Эстергома, проводил каноническое расследование и от лица местной иерархии попросил у Папы Урбана VIII разрешение публично почитать трех мучеников.

2 июля 1995 г. мученики были канонизированы. Папа Иоанн Павел II во время канонизации отметил, что мученики были и с той, и с другой стороны, отдав дань уважения и «многим людям, принадлежавшим другим христианским конфессиям, которые стали жертвами пыток и суровых приговоров».

В эпоху, которая очень сильно отличалась от нашей, святые мученики из Кошице стали поборниками того, что сегодня мы называем экуменизмом. Они трудились и принесли себя в жертву ради мира между соперничающими христианскими вероисповеданиями и народами придунайских государств.

***

Ниже следует глава из книги И. Эчаниса «Страсти и слава. История Общества Иисуса в лицах»

В осином гнезде Кошице: Стефан Понграц (1582-1619), Мельхиор Гродзецкий (1584-1619) и Марк Крижевчанин (1588-1619)

Осиное гнездо

Сегодня Кошице находится в Словакии, но в 16 веке город был столицей провинции Северной Венгрии и в этом качестве стал свидетелем одного из типичных эпизодов Тридцатилетней войны, где героизм смешался с вероломством, патриотизм – с жаждой власти, политика с религией.

В этой войне, которая называется и считается религиозной, политические факторы плотно переплетались с религиозными и были столь же важными и решающими, как и последние. Так произошло и в нашей истории.

Население, в значительной мере протестантское, требовало соблюдения своих прав от Фердинанда II, императора «Священной Римской империи», короля Чехии и Венгрии. Столкновение произошло во время восстания 1618 года: в нем принимали участие князья и проповедники, военачальники и религиозные предводители. Мученики были и с той, и с другой стороны. 2 июля 1995 года Иоанн Павел II канонизировал трех наших мучеников, но в своем наставлении отдал дань уважения и «многим людям, принадлежавшим к другим христианским конфессиям, которые стали жертвами пыток и суровых приговоров». Он добавил: «Как не признать, например духовное величие двадцати четырех верующих Евангелических церквей, которые были убиты в Прешове?»

Папа не удовольствовался простым упоминанием об этом. В тот же день он посетил Прешов, и когда папский кортеж проезжал мимо монумента, возведенного в честь протестантских мучеников, он велел остановить машину, вышел из нее и к изумлению сопровождавших его кардиналов пошел молиться у подножия памятника.

Действующие лица

Габор Бетлен (15891629): искусный политик, способный быстро и смело принимать решения, законченный хамелеон, успевший побывать католиком, греко-православным и кальвинистом и едва не ставший мусульманином. Сначала он был мелким трансильванским князьком, но предав сначала своего покровителя Габора Батори, а затем императора Фердинанда II, временно стал королем Венгрии. Для католиков он злодей, для протестантов – национальный герой.

Петер Альвинци, кальвинистский проповедник, «корифей всех политических и религиозных разногласий, раздиравших Верхнюю Венгрию и прежде всего город Кашовиц (Kasovic)» (Angelini), заклятый враг католиков вообще и иезуитов в частности. Именно он провоцировал Бетлена на все его бесчинства.

Дьёрдь Ракоци I (15931648), из самого знатного венгерского рода, заклятый враг австрийского господства. Будучи избран князем Трансильвании, он стал совершать частые вторжения в Венгрию в поддержку восстания. Он нашел хорошего союзника в Бетлене.

Андраш Доци де Надь, венгр, католик до мозга костей, генерал императорской армии и губернатор Кошице. Защитник католичества в городе и объект ярости кальвинистов, он пригласил в город двух иезуитов, поселив их в своей собственной резиденции. Брошенный за решетку Бетленом, он отказался от всех предложений, с которыми к нему обращались, и умер в заточении в результате дурного обращения.

Стефан (Иштван) Понграц, венгр, рожденный в Трансильвании; вступил в Общество в Брно, в Моравии, в возрасте двадцати лет; изучал философию в Праге, теологию  в Граце, в Австрии; в 1618 году его направили в Кошице, уступая просьбе Андраша Доцы, с поручением заботиться об оставшихся там католиках.

Мельхиор Гродзецки, поляк, уроженец Силезии, также поступивший в новициат в Брно. Он знал несколько языков, и в 1618 году его уступили губернатору Кошице, дабы он заботился о немецких и чешских солдатах его армии.

Марк (Марко) Крижевчанин, хорват, питомец иезуитов Вены, Граца, Германско-Венгерской коллегии и Григорианского университета в Риме, профессор и ректор семинарии в Трнаве, а затем каноник в Эстергоме. В начале 1619 года капитул направил его  в качестве управляющего владениями старого бенедиктинского аббатства в Краcне невдалеке от Кошице, где он подружился с двумя иезуитами.

Факты

В четверг, 5 сентября 1619 года, благодаря предательству, Ракоци с легкостью проник в город. В тот же день он послал отряд из десяти солдат арестовать троих священников.

Было проведено собрание городского совета, и его председатель, Райнер, а также проповедник-кальвинист Альвинци, выступили с призывом убить всех католиков города. Большую часть совета это предложение ужаснуло: нельзя навлекать на город такой позор. В соответствии с условиями, согласованными с Ракоци, жизнь горожан следует уважать, в том числе и жизнь папистов. Но трое священников не входили в условия этого договора и могли быть принесены в жертву. Ракоци дал свое согласие.

Прежде всего солдаты ограбили часовню. Затем они попытались переманить на свою сторону каноника Марка Крижевчанина, предложив ему свободу в обмен на владения, которыми он управлял. Марко с негодованием отверг эту сделку.

После полуночи, в ночь с шестого на седьмое, явились страшные хаиду. Понграц пошел открывать им дверь. Один из них ударил его булавой под названием «бузогань» и оставил лежать на полу без чувств. Прочие набросились на него и на его собрата Гродзецкого и стали пинать их, раздевать и увечить, осыпая грязными шутками. Оставив их запятнанными кровью, они накинулись на каноника и проделали все то же самое с ним.

Затем началась собственно пытка. Они отрезали Понграцу нос и уши и сунули их ему в рот, чтобы он не мог произносить имена Иисуса и Марии; они один за другим вывихнули и сломали все его пальцы; наконец они обвязали ему шею веревкой и затянули ее так туго, что глаза у него вылезли из орбит.

Но самая зверская пытка еще предстояла всем троим. Их, нагих и залитых кровью, подвесили к потолочным балкам; затем им стали жечь горячими факелами бока, пока не стали видны ребра и внутренности.

Когда они были уже более мертвыми, чем живыми, Марко и Мельхиора обезглавили, а тела бросили в выгребную яму. Понграца избили еще дважды, а затем бросили поверх тел его товарищей. Уже светало, и истязатели оставили их, думая, что все они умерли.

Но Понграц был еще жив и пребывал в агонии еще двадцать четыре часа, пока не настали первые часы воскресенья, 8 сентября.

Еще некоторое время тела оставались лежать в этой зловонной яме. Бетлен, новый хозяин города, не обращал внимания на просьбы католиков. В марте 1620 года граф Сигизмунд Форгах и Гориш (Forgach and Goris) прибыл заключить договор от имени императора Фердинанда II; его сопровождала жена Каталин Пальффи. Бетлен пригласил чету на вечер в королевский дворец, где он проживал. Когда наступило время бала, он очень галантно пригласил графиню на танец. Она несколько раз отказалась, но поскольку он продолжал настаивать, она воспользовалась его галантностью, чтобы получить то, что ей было нужно. Она согласится на танец при одном условии: он отдаст католикам останки троих священников. Бетлен не мог отказать ей в подобной любезности.

Изображение: алтарь трех кошицких мучеников, Собор Святой Елизаветы Венгерской (Кошице)